March 5th, 2020

Разобщенность и страх — почему граждане не протестуют против пенсионной реформы

Потест против пенсионной реформы
Скопина Ольга © ИА Красная Весна
В преддверии очередного «Дня людоеда» — 3-го числа месяца (по дате принятия пенсионной реформы в 2018 году), мы задались вопросом, как люди воспринимают эту реформу сейчас. Разумеется, самый полный и убедительный ответ был получен с помощью масштабного социологического опроса АКСИО-8, проведенного летом 2019 года. Однако за прошедшее время могло что-то измениться. Все-таки прошло уже больше года с момента вступления реформы в силу: первые страсти улеглись, и уже сама реальность должна была для многих людей показать начальные последствия реформы.

2 марта корреспонденты ИА Красная Весна предложили москвичам и жителям Подмосковья высказаться, ответив на 4 вопроса, одним из которых был такой: «Во многих странах, например, во Франции, граждане успешно борются с ненавистной им пенсионной реформой. Что же в России мешает людям достигать подобных результатов? Что мешает лично Вам?»

Обзор ответов на этот вопрос мы вам представляем в этой статье.

Но первое, что стоит упомянуть — это собственно число желающих высказаться. В них не было недостатка, а получившие такую возможность люди давали ответы развернуто и зачастую эмоционально. Это убеждает в том, что актуальность проблемы никуда не делась. Народ скрыл обиду, но не забыл ее. Почему же он не протестует, в отличие от французов или итальянцев, которые сумели обратить свой протест в реальный политический результат?

Наиболее частый ответ — люди боятся.

Collapse )
promo rvs november 14, 2013 18:43 10
Buy for 10 000 tokens
Родительское Всероссийское Сопротивление (РВС) – организация, появившаяся в результате общественного движения против внедрения в нашей стране ювенальных технологий. Одну из ведущих ролей в организации гражданского антиювенального протеста играет движение «Суть времени», которое и стало…

В США закрыли гендерно-нейтральную уборную после надругательства над ребенком

В средней школе американского города Висконсина закрыли гендерно-нейтральную уборную, после того, как 18-летний студент был арестован за сексуальное нападение на несовершеннолетнего в этом помещении. Об этом 5 марта пишет The Washington Examiner .

Ученик школы, 18-летний Остин Сауэр был арестован за сексуальное насилие четвертой степени (разоблачение его половых органов) и за соблазнение.

«Это был не случайный инцидент, так как оба ученика пошли в туалет добровольно. Ученик мужского пола больше не сможет находиться на территории школы, а гендерно-нейтральный туалет больше не доступен для учеников», - сказал директор школы Келли Джакоби.

Сексуальное посягательство четвёртой степени в США определяется как «сексуальный контакт с человеком без его согласия», согласно статуту штата Висконсин. Капитан полиции Терри Хук сказал, что родители не были уведомлены о нападении, поскольку это был изолированный инцидент между двумя учениками. Остина Сауэра выгнали из школы.

В последние годы гендерно-нейтральные ванные комнаты являются спредметом напряженных споров в законодательных органах штатов по всей Америке. Адвокаты утверждают, что гендерно нейтральные ванные комнаты являются более толерантными для людей, борющихся за свою идентичность. Их противники заявляют, что ванные комнаты создают проблемы с неприкосновенностью частной жизни для мужчин и женщин.

Отказ государства от социальных функций в пользу НКО расхвалили в ОП РФ

Борис Кустодиев. Купчиха за чаем (фрагмент). 1916 год
Активную агитацию в пользу законопроекта о социальном заказе развернула член Общественной палаты РФ Елена Тополева-Солдунова 3 марта на форуме «Сообщество» в Кургане, сообщает ИА Красная Весна

Выступающая поддержала законопроект, утверждающий абсолютное господство рыночных отношений в социальной сфере. Главная мысль Тополевой-Солдуновой заключалась в том, что необходимо пустить некоммерческие организации к освоению социальной части бюджета и закрепить это законодательно: «У них больше стимулов … получить этот вот доступ к бюджетным средствам и оказывать услуги».

«Услугами» член Общественной палаты называет социальные функции государства в сфере образования, медицины, соцзащиты и культуры. Граждан при этом Тополева-Солдунова именует не иначе как «потребители».«Закон идет непросто. Но тем не менее регионы ждут, потребители ждут!» — заявила она.

Читайте также: Проговорилась? Глава НКО объяснила, зачем нужны вопли о «домашнем насилии»

Выступающая добавила, что конкуренция госучреждений, НКО и социального бизнеса сделает «услуги» дешевле и качественнее: «Тогда мы получаем за те же деньги более большой объем и более большое качество».

Collapse )

Ученый: ГК РФ предписывает извлечение прибыли, а не создание прорывов

Капитал. Советский плакат (фрагмент)
Согласно Гражданскому кодексу (ГК РФ) от научных организаций не требуются научные прорывы, поэтому критерием эффективности организаций может быть «публикационная активность», заявил академик РАН Владимир Бетелин 3 марта в интервью корреспонденту журнала Аргументы недели.

Ученый указал, что Гражданский кодекс регулирует сферы науки, образования, здравоохранения и прочие: «Все организации, работающие в этих сферах, должны обеспечить, согласно кодексу, „выполнение работ и оказание услуг“ в своей сфере деятельности». Также академик рассказал, что прорывы в промышленности России маловероятны, поскольку в ГК РФ основной целью коммерческих организаций для промышленности записано извлечение прибыли в пользу акционеров.

Читайте также: В Министерстве науки РФ пойдут навстречу ученым, но не до конца

Владимир Бетелин отметил, что «технологические прорывы» связаны с большими долгосрочными вложениями в науку и технологии, что обуславливает риски невозврата вложенных средства, а значит и уменьшения прибыли акционеров. Ученый отметил, что права акционеров прописаны, а их обязанности по созданию рабочих мест составители кодекса прописать забыли. «Если сегодня большую прибыль будет приносить аренда помещений, в которых производится промышленная продукция, то надо ликвидировать это производство и уволить его работников», — пояснил положения ГК РФ академик Бетелин.

Источник ИА Красная Весна

Родительское

Дети без ориентиров и моральных принципов. Что нам готовит закон о семейно-бытовом насилии


Протодиакон, член Синодальной Литургической комиссии, доктор исторических наук, кандидат филологических наук, профессор кафедры истории славянских и балканских стран исторического факультета СПбГУ, член академии военно-исторических наук Владимир Василик рассказал ИА Красная Весна о своем отношении к скандальному законопроекту о семейно-бытовом насилии.

Активно навязываемый законопроект о профилактике семейно-бытового насилия был принят в штыки российской общественностью, поскольку это тот самый первый шаг на пути «гендерного равенства» и разрушения семьи, по которому давно прошли прогрессивные европейцы. Тем не менее Россия пока держится — и активно сопротивляется.

Collapse )

Открытое письмо просемейных и патриотических общественных объединений Президенту России по поправкам

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ПРОСЕМЕЙНЫХ И ПАТРИОТИЧЕСКИХ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОБЪЕДИНЕНИЙ ПРЕЗИДЕНТУ РОССИИ ПО ПОПРАВКАМ К КОНСТИТУЦИИ

Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы, представители просемейных и патриотических общественных объединений России, всемерно поддерживаем Ваши инициативы по изменению Конституции Российской Федерации в целях укрепления суверенитета  и национальной безопасности страны. Крайне важными считаем поправки, направленные на защиту традиционных семейных ценностей, в частности, о браке как о союзе мужчины и женщины.

Целиком поддерживая Ваши предложения, направленные на решение демографических проблем страны, просим Вас обратить внимание на то, что отдельные нормы, предлагаемые рабочей группой по подготовке поправок в  Конституцию, имеют деструктивный характер для семьи.

Речь идет о проекте части 4 статьи 67.1 Конституции Российской Федерации, согласно которой «Дети являются важнейшим достоянием Российской Федерации. … Государство, обеспечивая приоритет семейного воспитания, берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения».

Такие поправки в современных реалиях создают серьезную угрозу нарушения основополагающих прав всех родителей с детьми.

Collapse )
РВС

Что нужно учителю: бездействующий закон или бронежилет?

[Как конституционная ошибка статьи 43 отрикошетила в двадцать первый век.]

Когда главный редактор «Учительской газеты» В. Матвеев решился на открытую борьбу с забронзовевшим министерско-академическим педагогическим начальством, его газета сумела стать и коллективным организатором, и коллективным агитатором, и коллективным пропагандистом новаторских педагогических идей. Благо было кого пропагандировать. Вся страна узнала имена и методики выдающихся педагогов, которых назвали учителями-новаторами. Их педагогические вечера в «Останкино» собирали телевизионную аудиторию, не уступающую числу телезрителей «Семнадцати мгновений весны» или «Места встречи изменить нельзя». Всё население страны вместе с ними превратилось в национальный педагогический совет. Тираж газеты взлетел к трем миллионам. Всё лучшее, что сейчас подпитывает учительское творчество, — родом именно из того периода времени.

Сегодня главным редактором «Учительской газеты» является А. Хасавов, но вместо пропаганды передового педагогического опыта он вынужден обратиться ко всем нам совсем с другими словами. «Настали времена, — пишет главред, — которые еще совсем недавно трудно было себе даже представить. Мы все чаще становимся свидетелями травли, оскорблений, унижений, а порой и избиений учителей. Местные власти, как правило, не дожидаются результатов проверок и предпочитают просто увольнять таких педагогов».

Примеры, которые привел А. Хасавов: драка в школе №15 в Белгороде, в ходе которой пострадал учитель информатики О. Пургин, нападение на учительницу физики столичной школы №113 И. Лукьянову — можно продолжать. Двое подростков с ножом напали на учительницу и четвероклассников в Перми. Учитель Н. Шагулина, несмотря на 17 ножевых ранений, смогла вывести своих учеников из класса. В Екатеринбурге девятиклассник напал на учительницу, обидевшись на плохие четвертные оценки по русскому языку и литературе, несколько раз ударил педагога молотком по голове. В Сызрани учительница вмешалась в драку школьников на уроке физкультуры и получила сотрясение мозга — восьмиклассник ударил ее в лицо так, что женщина упала и потеряла сознание. Громкий скандал случился в 2012 году в одной из школ г. Томска, когда один из учеников старших классов в столовой избил завуча и своего классного руководителя. Остановить бойню смог только подоспевший охранник, который скрутил зарвавшегося ученика. В московской школе восьмиклассник избил учительницу за порванный наушник. Родители других учеников встали на защиту пострадавшего педагога и директора школы, который после инцидента вынужден был уволиться. Девятиклассник принес в школу №1 г. Ивантеевка Московской области травматику и стал угрожать классу взрывпакетами. Затем он выстрелил учительнице в голову и ударил ее молотком, женщину доставили в больницу с тяжелым ранением. Трое детей от страха выпрыгнули из окна здания со второго этажа. Один ребенок госпитализирован с переломом позвоночника, второй сломал две конечности, третий — предплечье. Ученик 9-го класса одной из школ Бурятии ворвался в класс с топором и «коктейлем Молотова».

«Мы устали это терпеть! «Учительская газета» вышла с инициативой разработки и внесения в Государственную думу федерального закона «О статусе педагога», который наконец защитит учителей при исполнении ими своих обязанностей», пишет А. Хасавов.

Десять лет наблюдается рост проявлений агрессии в отношении педагогов при отсутствии в законодательстве и на практике инструментов урегулирования конфликтов. В 2011 году профсоюз образования был вынужден провести первую международную конференцию «Нет насилию в образовательной среде!» и пришел к выводу: переориентация образования из общественного блага в разряд образовательных услуг не могла не понизить статус педагога. С проявлениями агрессии к учителям со стороны учеников столкнулись почти 22% респондентов, то есть каждый пятый опрошенный педагог. Возможно, на этом этапе российской государственности придание работникам образования особого правового статуса поможет снизить напряженность, но здесь ли коренится проблема? Можно на примере некоторых стран начать обучение учителей самбо, бою или перевести в школы ОМОН на постоянную дислокацию. Или, как во Франции, принять закон, по которому за агрессивные выходки школьников старше 13 лет наказывать шестью месяцами тюрьмы. Не поможет.

Вопиющие факты о насилии в школе говорят о том, что в стране неудовлетворительно действует вся система, не на то нацелено законодательство об образовании, проблемы с законопослушанием сограждан разного возраста и положения. Учителю не поможет бумажная защита отдельной статьей в Кодексе об административных правонарушениях или в уголовном законе, бронежилет или особый правовой статус, обособливающий педагога от учеников.

Действующий закон об образовании не годится, потому что не об образовании вообще должен быть закон, не о функциях обучения и воспитания, не о дошкольном воспитании или послешкольном образовании, не о системе теорем о непрерывном образовании. Общественные отношения, которые призван регулировать любой закон, материализуются не в безвоздушном пространстве, не в аморфной сфере образования, распадаясь на сегменты от дошкольного до садово-паркового. Нужен закон о том, где сходятся и интегрируются права и обязанности, о том, что раньше называлось средней общеобразовательной школой, а теперь называется образовательной организацией. О школе, о которой в действующем законе об образовании вообще нет ни одного слова. О том единственном в стране государственном учебном заведении, в котором должно обеспечиваться всеобщее среднее образование юного поколения россиян. Этот единственный в стране всеобщий институт встречи поколений по факту и является ядром государственно-общественной и социально-политической системы в единстве её прошлого, настоящего и будущего. Выразить эту не утилитарную суть и место школы в системе общественных отношений действующий закон не может. Поэтому проблема, о которой написала «Учительская газета», нерешаемая. Как не решаема и главная проблема сферы народного образования, доставшейся нам в наследство от политического кризиса 1993 года, о чем сегодня даже не вспоминается.

Когда писалась Конституция РФ 1993 года, понятие всеобщего среднего образования было упразднено не только в ее тексте, но в сознании всех её авторов и принимающих решение. Всех их последователей в управлении и в педагогической науке. Это не случайно. Постсоветские реформаторы посчитали, что страна всё стерпит, а им всё дозволено. Рынок все разрулит. Российскому рыночному придатку Запада при переходе от социализма к капитализму нужна лишь дешевая безропотная рабочая сила, люди, лишенные доступа к старшей школе, но способные к низкоквалифицированному и низкооплачиваемому труду. Лишь глубочайший политический кризис в стране вынудил вернуть в законодательство нечто на тему всеобщего среднего и начального профессионального образования, специальным указом президента РФ. Но не в целях прямой заботы о молодом поколении, а, как недвусмысленно сказано в его преамбуле, в целях самосохранения режима, для «реализации Договора об общественном согласии… и социальной защиты обучающейся молодежи». Договор об общественном согласии стал средством понижения политического градуса, а доступ к полному среднему образованию, который должны обеспечить органы госвласти, — своеобразной терапией воспаленного общественного сознания. Иначе говоря, всего через полгода после принятия Конституции РФ было признано, что школа все-таки не столько образовательный, сколько важнейший социальный институт, системный элемент российского социального государства.

Прошло время, и то, что школа в 1994 году вдруг стала осознаваться важнейшим системным социальным институтом, перестало восприниматься как актуальная социально-политическая задача. Политические нервы постепенно успокоились. В высших законодательных органах государственной власти установился своеобразный политический нейтралитет: оппозиционные партии перестали активно мешать голосующему большинству и во многом заняли соглашательскую позицию, получив значительную часть думских портфелей и привилегий. Стали появляться и размножаться бумажные законы, как правило, о внесении изменений в ранее принятую законодательную точку зрения правительства с согласия самого правительства.

В результате федеральное законодательство об образовании перестало относиться к конституционно значимой сфере или к сфере государственного строительства, а стало отраслевым. Типы, виды и формы учебных заведений размножились до такой степени, что школа перестала быть уникальным явлением, а превратилась на бумаге в образовательную организацию. Пункт 4 статьи 43 Конституции РФ стал читаться слитно, а действовать только содержанием второго предложения. Цитирую. «Основное общее образование обязательно. Родители или лица, их заменяющие, обеспечивают получение детьми основного общего образования.». Семья, оказавшаяся в беспомощном состоянии в 90-х годах, оказалась в государственных заложниках и сегодня. На нее возложена ответственность за то, что она не в силах в одиночку осилить.

Нужно перераспределить усилия. Нужен новый закон. Не самое оригинальное, конечно, предложение, но другого системного или хотя бы комплексного способа изменения ситуации в правовом демократическом государстве нет. Нужно вернуться к законодательству СССР. Нужно вспомнить, что Российская Федерация является правопреемником СССР по всему кругу вопросов, а не только в отношении членства в Совете Безопасности ООН или недвижимости за рубежом. И надо сопоставить советский и российский законы об образовании. Советский закон регулировал общественные отношения в целях образования и воспитания детей и молодежи как активных граждан государства, формирования всесторонне, гармонично развитой личности, обеспечения народного хозяйства специалистами. Даже убрав «идеологические» выражения из этой правовой формулы, очевидна правовая логика и связь в ней интересов государства, общества и личности. Нынешний закон призван регулировать общественные отношения только в связи с тем, что у детей и молодежи есть прописанное конституционное право на образование, но даже без их субъектности. Почувствуйте разницу, как говорят. По Конституции СССР — гармонизация интересов человека, общества и государства. Здесь и теперь — только частные интересы. Это противоречит той части Конституции, в которой она всё-таки устанавливает всеобщность обязательности основного общего образования (первое предложение пункта 4 статьи 43 — «Основное общее образование обязательно»). Следовательно, Конституция предписывает законодателям необходимость установления таких правовых норм, которые гармонизировали взаимосвязь и упорядочивали взаимоотношения личности, общества и государства хотя бы с первого по девятый класс, то есть в школе. Поэтому и может быть отдельный закон о школе.

Далее. Действующее законодательство так и не дало внятного определения предмету своего регулирования. Цитирую закон: «Образование — а) единый целенаправленный процесс воспитания и обучения, являющийся общественно значимым благом и осуществляемый в интересах человека, семьи, общества и государства; б) совокупность приобретаемых знаний, умений, навыков, ценностных установок, опыта деятельности и компетенции определенных объема и сложности в целях интеллектуального, духовно-нравственного, творческого, физического и (или) профессионального развития человека, удовлетворения его образовательных потребностей и интересов». То есть и процесс, и набор качеств. Но в законе записано так, что между «процессом» и «набором» размещен союз «а также». В результате образование это и то, и другое, в сфере которых осуществляются некие общественные отношения. Если законодатель не может точно определить предмет регулирования, значит, не определено и само явление.

Новый закон должен запретить считать педагогическую деятельность государственной услугой. В конечном итоге кого мы хотим видеть в школьном народе: слуг или господ? Учитель должен приобрести статус государственного служащего или работника государственной службы. Выпускник педагогического высшего учебного заведения, начиная работу в школе, становится работником государственной службы, а через некоторое время при определенных условиях — государственным гражданским служащим. Потому что в отношении государственных служащих действуют специальные правовые акты, которые дают преимущества и гарантии, хотя содержат и ограничения. Как в Германии, Греции, Испании, Португалии. Всё можно обсудить и найти формулы, при которых при получении статуса государственного служащего учителя не утратят права на сокращенную продолжительность рабочего времени и повышенную оплату работы и за выполнение дополнительных обязанностей. Вполне допускаю, что новый закон может писаться несколько лет, но оно того стоит. В нем самом могут содержаться федеральные государственные образовательные стандарты, необходимость которых устанавливается Конституцией Российской Федерации, но по поводу которых само учительское сообщество вряд ли когда-нибудь договорится.

Источник



Токийский Высший суд признал право однополых партнеров на защиту

Цветные фломастеры
Анна Рыжкова © ИА Красная Весна
Право на возмещение ущерба одного из партнеров в однополом браке защитил Токийский Высший суд, 4 марта сообщает Jiji.

Суд рассматривал дело, в котором 30-летнея женщина жаловалась на свою партнершу. Женщины вступили в брак в США, но впоследствии одна из них проявила супружескую неверность. Вторая подала на нее в суд с требованием возместить ущерб.

Токийский Высший суд оставил решение нижестоящего суда в силе и впервые вынес решение в пользу одного из однополых партнеров, присудив неверной партнерше выплатить истцу около 1,1 млн йен. в качестве компенсации.

Читайте также: Представитель правящей партии Японии: ЛГБТ уничтожат страну

В решении, вынесенном в сентябре 2019 года в одном из районных судов Японии, говорилось, что Конституция Японии не может быть истолкована как запрещающая однополые браки и что однополые люди в квази-брачных отношениях также имеют право получать юридическую защиту.

Комментарий РВС
В 2015 году Верховный суд США принудил оставшиеся верными традиционной морали 14 штатов признать однополые браки. Поэтому нет ничего удивительного в том, что однополые партнеры из тех стран, в которых не настолько прогрессивное законодательство, едут в США, чтобы вступить в официальный брак.

Collapse )