?

Log in

No account? Create an account
РВС Мадонна

rvs


Родительское Всероссийское Сопротивление


Previous Entry Share Next Entry
ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА Проекта ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА О предупреждении и профилактике семейно-бытово
antismith wrote in rvs
Предлагаемый в настоящее время феминистками законопроект о профилактике семейно-бытового насилия принципиально не отличается от того, который в 2016 году был Госдумой отправлен на доработку. Накачивание общества эмоциями при помощи нарисованных синяков и лживой статистики семейного насилия, по замыслу феминисток, поможет протащить этот антисемейный законопроект в первоначальном виде - со всей его юридичической безграмотностью, двусмысленностями и несоответствием Конституции.
Однако, помимо юридических к законопроекту есть и научные возражения - психологические. Напомним их:

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ОЦЕНКА

Проекта ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА

О профилактике семейно-бытового насилия

В данном законопроекте содержатся отдельные понятия и нормы, являющиеся, на наш взгляд, весьма разрушительными для института семьи. Кроме того, ряд понятий лежат вне плоскости объективной оценки и соответственно, не могут быть квалифицированы в рамках норм права.

Так, в статье 3. Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе

В п.2 вводится понятие «семейно-бытовое насилие», определяемое как «умышленное противоправное деяние (действие или бездействие) одного лица в отношении другого (других) лиц, совершенное в сфере семейно-бытовых отношений, если это деяние ущемляет права и свободы человека, и (или) причиняет ему физическую боль, и (или) наносит вред здоровью, и (или) причиняет нравственные страдания, и (или) причиняет ему имущественный вред. Семейно-бытовое насилие может совершаться в форме физического, психологического, сексуального и экономического насилия. Не является семейно-бытовым насилием реализация права на необходимую оборону

Остановимся на используемом в настоящем законопроекте понятии «Психологическое насилие».

«Психологическое насилие - умышленное унижение чести и (или) достоинства путем оскорбления или клеветы, высказывания угроз совершения семейно-бытового насилия по отношению к пострадавшему, его супругу или его родственникам, бывшим родственникам, свойственникам, знакомым, домашним животным, преследование, изъятие документов, удостоверяющих личность, а также умышленное воздействие на психику человека, принуждение посредством угроз, оскорблений, шантажа к совершению преступлений и (или) правонарушений, аморальному поведению или деяний, представляющих опасность для жизни или здоровья пострадавшего, а также ведущих к нарушению психической или психологической целостности, умышленное уничтожение или повреждение имущества с целью причинения моральных страданий»;

В психологии известно широко применяющееся понятие «Проекция». Проекция – это механизм психологической защиты. Он заключается в «неосознанном наделении другого человека присущими данной личности мотивами, чертами и свойствами». [1]

Классический пример этого защитного механизма — индивид, испытывающий чувство агрессии по отношению к другому и в то же время убежденный в аморальности такого чувства, находит выход из этого противоречия в том, что приписывает агрессивность другому («Это не я к нему плохо отношусь, а он ко мне»). Нередко собственные недостатки или несовместимые с нравственными представлениями желания приписываются другому лицу для того, чтобы создать у самого себя иллюзию борьбы с ними («Раз я борюсь с этим недостатком у других, значит, у меня самого его нет»). Такие явления могут наблюдаться и в семейных взаимоотношениях». [1]

В этом смысле ощущение униженности, потери чести достоинства и пр., является в высшей степени субъективным, а иногда и не соответствующим реальности. Особенно сильно механизм проекции проявляется в семейных конфликтах (которые наличествуют в любой семье). Стороны конфликта часто чувствуют себя оскорбленными, они могут ощущать себя объектами агрессии, ощущения могут субъективными, не привязанными к реальности.

В этих условиях квалифицировать «психологическое насилие» не представляется возможным.

Одной из важнейших характеристик семейных отношений является реципрокность.

Реципрокность – круговая причинность, предопределяющая поведение каждого из супругов, когда поведение одного оказывает воздействие на поведение второго, и наоборот) [2].

Учитывая явление реципрокности -  взаимного воздействии супругов на поведение друг друга – можно сделать вывод, что предлагаемые законопроектом схемы «правонарушитель» - «жертва, испытывающая нравственные страдания», являются ошибочными. В ситуации семейного конфликта нравственные страдания испытывают, как правило, все члены семьи. А потому сами по себе нравственные страдания, при отсутствии физического и сексуального насилия, не могут служить поводом наказания или защиты кого-либо из супругов, а также быть объектом регулирования со стороны правосудия, чиновников и сторонних лиц.

Предписываемые законопроектом меры вмешательства повышают риск разрушения семьи, что противоречит пункту 4 статьи 4, провозглашающему одним из принципов профилактики бытового насилия «поддержку и сохранение семьи».

Вызывает опасение пункты 1, 4 и 5 первой части статьи 6 «Права пострадавшего»

Пострадавший от семейно-бытового насилия имеет право на:

1)обращение в органы государственной власти, в том числе суд,  для обращение в органы государственной власти для получения социально-правовой защиты, а также для защиты прав, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

4) обращение за защитным предписанием и (или) судебным защитным предписанием в соответствии с настоящим Федеральным законом;

5) возмещение имущественного ущерба и компенсацию морального вреда, причиненного семейно-бытовым насилием».

Подобные нормы предлагают подмену семейных межличностных отношений, предполагающих трудную и долгую эмоциональную работу супругов - отношениями юридическими. Работа супругов над отношениями предполагает длительный поиск путей разрешения трудностей, порой совершаемый путем проб и ошибок, приобретения опыта, «притирки» друг к другу.

Осуществляя эмоциональную работу над отношениями, супруги не прибегают к услугам официальных лиц. В традиционной российской семье, как ранее, так и в настоящий момент, члены семьи обращаются в инстанции - в суд - тогда, когда семья (и соответственно отношения) прекращает свое существование — в случае развода. Что имеет свой глубокий смысл. Ведь если при возникновении конфликта, один из испытывающих нравственные страдания член семьи решит обратиться в суд или правоохранительные органы, то подобное действие не будет способствовать укреплению семьи и укреплению отношений, ибо предлагает разрешение проблемы не путем улучшения межличностных отношений, а путем привлечения третьих лиц либо юридических процедур. Сами межличностные отношения при этом только ухудшатся. Подобные меры могут привести к тому, что отношения между членами семьи не будут развиваться, не станут зрелыми. Кроме того, подобные меры повышают риск разрыва супружеских отношений, способствуют их охлаждению, увеличению чувства недоверия.

Авторы законопроекта предлагают членам семьи и посторонним лицам заявлять не только об уже совершенном семейно-бытовом насилии, но и об угрозе  его совершения. На основании такого заявления будут предприниматься меры, прописанные в данном законопроекте. Такие нормы значительно расширят возможности для вмешательства в семью и будут способствовать возникновению случаев шантажа одних членов семьи другими. Таким образом, мы снова видим что в случае отсутствия физического или сексуального насилия, вмешательство в конфликт третьих лиц с большой вероятностью будет способствовать ухудшению обстановки в семье.

Статья 15. Права некоммерческих организаций в сфере семейно-бытового насилия

2. Некоммерческие организации, международные и иные неправительственные организации, функционирующие в сфере противодействия семейно-бытовому насилию вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе, либо в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц. Заявление в защиту законных интересов недееспособного или несовершеннолетнего гражданина в этих случаях может быть подано независимо от просьбы заинтересованного лица или его законного представителя.

Сам по себе сбор данных о семье и все расширяющийся список лиц, которым дается право вмешиваться во внутрисемейные отношения, ведет к размыванию внешних границ семьи. Особенности внешних границ семьи отражают степень открытости семейной системы для контактов с внешним миром. Внешние границы семьи определяют ее суверенитет. Семейные системы с размытыми границами, в которые в любую минуту могут вторгнуться извне, становятся очень неустойчивыми. В такой семье снижается уровень комфорта и безопасности для ее членов, у них повышается уровень тревожности. Подобные семьи семейными психологами признаются дисфункциональными [3].

Однако из пункта 2 следует, что вмешательство в семью может быть и против воли членов семьи. Что является грубейшим насилием над семьей. Насильственное вмешательство разрушает семейные границы и тем самым неизбежно способствует разрушению семьи.

В статье 3, п.9) вводятся понятие «профилактики семейно-бытового насилия»»

«9) профилактика семейно-бытового насилия —профилактика семейно-бытового насилия — комплекс правовых, экономических, социальных и организационных мер, осуществляемых субъектами профилактики семейно-бытового насилия, направленных на защиту конституционных прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в сфере семейно-бытовых отношений, оказание социально-правой защиты, предупреждение и пресечение семейно-бытового насилия, а также на выявление и устранение причин и условий, способствующих их совершению;

Ни правовые, ни экономические, не организационные меры не смогут разрешить конфликтные семейные ситуации и устранить нравственные страдания членов семьи. Т.к. семейные отношения – сфера психологического и регулируется, соответственно, психологическими и культурно-образовательными мерами. Однако и методы психологической работы, предлагаемые авторами законопроекта, представляются весьма сомнительными.

Статья 15. Полномочия некоммерческих организаций в сфере семейно-бытового насилия


  1. Некоммерческие организации, международные и иные неправительственные организации, функционирующие в сфере противодействия семейно-бытовому насилию, выявляют случаи семейно-бытового насилия, проводят информационные кампании, направленные на профилактику семейно-бытового насилия и просвещение населения в сфере семейно-бытовых отношений; просветительскую работу с пострадавшими, оказывают социальные услуги пострадавшим от семейно-бытового насилия и осуществлении мер по их социальной адаптации и социальной реабилитации, а также проводят специализированные психологические программы с нарушителями.

Неопределенность формы проведения специализированных психологических программ вызывает большие сомнения. Часть 2 статьи 21 «Специализированные психологические программы» предполагает, что прохождение их может стать для «нарушителя» обязательным по факту вынесения защитного предписания или судебного защитного предписания. Если психологическое воздействие на индивида совершается против его воли, то оно не будет иметь положительного эффекта. В лучшем случае такие программы будут бесполезны. В худшем — вызовут агрессию, которая будет направлена либо на исполнителей программы, либо на членов семьи. Именно такие «программы» как раз и буду тем самым психологическим насилием, против которого выступают авторы законопроекта.

Ввиду описанных выше характеристик семейных отношений (реципрокность, наличие проекций), одним из важнейших принципов работы семейных психологов является принцип непредвзятости, принятие нейтральной позиции, категорический отказ встать на чью-либо сторону в конфликте и осудить другую [1].

Только такая бережная позиция способствует возникновению у всех членов семьи доверия к специалисту, а значит - возможности разобраться в причинах конфликта и поисков способов его разрешения.

Предлагаемые же статьей 13 настоящего закона меры по работе с «нарушителями» и «пострадавшими» (т.е. отказ от нейтральной позиции) являются антинаучными и нарушают базовые принципы психологической работы с семьей.

Особенно разрушительным закон может стать для детско-родительских отношений.

Вводимые законопроектом понятия «психологического», «экономического», а также расширение понятия «физического насилия» дает повод для вмешательства практически в каждую семью.

В законопроекте вводится понятие «экономическое насилие». Оно определяется следующим образом: «экономическое насилие - умышленное лишение человека жилья, пищи, одежды, лекарственных препаратов, медицинских изделий или иных предметов первой необходимости, имущества, денежных средств, на которые он имеет предусмотренное законом право, умышленное уничтожение или повреждение имущества, либо иное причинение имущественного вреда, а также злоупотребление преимущественным положением для присвоения вещей; запрет или создание препятствий во владении, пользовании общим имуществом; отказ содержать нетрудоспособных лиц, находящихся на иждивении; принуждение к тяжелому и вредному для здоровья труду, в том числе несовершеннолетнего члена семьи, а также иные подобные действия,
вызывающие негативные материальные последствия для пострадавшего»;

Согласно данной норме, экономическим насилием можно назвать и запрещение ребенку сладкого перед ужином. Также под понятие «экономическое насилие» попадает родительский запрет на самовольное употребление детьми лекарственных препаратов. Введение понятия «экономического насилия» лишит родителей возможности защитить ребенка, являющегося эмоционально и интеллектуально незрелым индивидом, от опасных действий и ставит под угрозу здоровье детей.


 Снова вернемся к вводимому данным законопроектом понятию «нравственное страдание», причинение которого является актом семейно-бытового насилия и поводом для вмешательства в семью и в детско-родительские отношения

Нравственные страдания неизбежны в процессе воспитания ребенка. Обретение норм морали и нравственности в большой степени предполагает ограничение и самоограничение. Процесс воспитания – во многом ограничение ребенка, установление преград на пути его импульсов, контроль над ними. Ребенок, будучи неопытным и личностно незрелым, не может самостоятельно ограничивать эти импульсы. Поскольку дети не способны к самоограничению, то на первых этапах взросления такие ограничения осуществляются родителями. Только будучи осуществленными родителями, эти ограничения потом становятся внутренними принципами человека. А всякие ограничения невозможны без нравственных страданий. Данный законопроект делает процесс привития детям норм морали и нравственности невозможным.

Не меньше сомнений вызывает и введение настоящим законопроектом определение понятия «физическое насилие»:

«физическое насилие - умышленные насильственные действия, причинившие вред здоровью и (или) физическую боль, любое иное использование физической силы (лишение свободы, понуждение к употреблению психоактивных веществ и другое), попытки такого насилия, а также умышленный отказ в удовлетворении основных потребностей в уходе, заботе о здоровье и личной безопасности пострадавшего, неспособного в силу возраста, болезни, инвалидности, материальной зависимости либо по иной причине, защитить себя от насилия, что может привести к смерти, причинить вред его физическому или психическому здоровью, физическую боль, нанести ущерб чести и достоинству его личности, а также психическому, физическому или личностному развитию»;

В УК РФ существуют нормы, предусматривающие ответственность за причинение вреда здоровью или сексуальное насилие. В данном же законопроекте понятие «физическое насилие», вместе с понятием «психологическое насилие» накладывают запрет на любые формы наказания ребенка. А между тем наказание часто сопровождает в процесс воспитания.

«Наказание – это не только право, но и обязанность в тех случаях, когда наказание необходимо». [4]

Можно по-разному относиться к наказаниям, и к физическим наказаниям в частности, однако нельзя забывать, что физические наказания были весьма распространенным явлением в традиционном обществе и традиционной российской семье. Мы не являемся сторонниками физических наказаний, но считаем, что их наличие не может быть поводом вмешательства в семью, поскольку таковое вмешательство приведет к гораздо более серьезным искажениям процесса воспитания.

Расширяемые законопроектом возможности третьих лиц вторгаться в детско-родительские отношения являются разрушительными не только для воспитательного процесса, но и для детско-родительских отношений в целом. Вероятность ежеминутного вторжения в семью ведет к усилению чувства вины и тревоги у родителей, что в еще большей степени начнет искажать процесс воспитания.

Встающие между ребенком и родителем третьи лица могут привести к разобщению членов семьи, «вбивать клин» между детьми и родителями.

Как мы увидели, нормы и меры борьбы с семейно-бытовым насилием, предложенные данным законопроектом, не являются научно-обоснованными, они уничтожают суверенитет семьи, разрушают семейные отношения, как супружеские, так и детско-родительские. Принятие законопроекта нанесет серьезный удар по институту семьи.

Список литературы


  1. "Психология и психотерапия семьи" Э. Эйдемиллер, В. Юстицкий, Санкт-Петербург, 2008.

  2. Теория и практика семейной психотерпии. Д.Браун, Д.Кристеисен Санкт-Петербург, 2001.

  3. Техники семейной терапии. С.Минухин. Ч. Фишман. Москва, 1998


  1. Педагогические сочинения в 8 т. А. Макаренко, Москва, 1983-1986.

Экспертная группа «Родительского Всероссийского Сопротивления»

Источник



promo rvs november 14, 2013 18:43 8
Buy for 10 000 tokens
Родительское Всероссийское Сопротивление (РВС) – организация, появившаяся в результате общественного движения против внедрения в нашей стране ювенальных технологий. Одну из ведущих ролей в организации гражданского антиювенального протеста играет движение «Суть времени», которое и стало…