?

Log in

No account? Create an account
РВС Мадонна

rvs


Родительское Всероссийское Сопротивление


Previous Entry Share Next Entry
АКСИО-8. Состояние умов
antismith wrote in rvs


Франсис Пикабиа. Без названия. 1932

Анализ результатов АКСИО-8 представляется правильным начать с рассмотрения данных, имеющих отношение к, так сказать, состоянию умов граждан, — то есть представить, насколько это возможно по данным опроса, каковы их представления по различным вопросам общественной жизни, в какой степени они увязаны (или нет) между собой. Порядок в головах у граждан или беспорядок? — вот вопрос, который нас интересует прежде всего. А также как представления граждан коррелируют с их поведением.

Итак, опрос АКСИО-8 проводился с 10 июня по 10 июля 2019 года по всей территории России.

В результате было опрошено 85606 человек, 85284 анкеты приняты в обработку.

При обработке выборка была математическими методами отремонтирована по параметрам «возраст» и «город/село», и по этим параметрам результаты репрезентативны населению России.

Поскольку полученные в опросе данные много кого не устроят, так как не будут соответствовать «официальной точке зрения», а также картине мира многих руководящих товарищей, можно уверенно предполагать, что первое, что случится после публикации данных опроса, — это попытка обвинить АКСИО в непрофессионализме, в «неправильных» вопросах, выборке, способе опроса и пр. Поэтому считаем нужным кое-что пояснить.

1. Выборка
АКСИО опросило, как уже говорилось, 85606 человек. Опрос проводился практически по всей территории РФ — везде, где есть активисты АКСИО. Если посмотреть по федеральным округам, то получилась такая картина (Таблица 1):

Как можно видеть, во всех федеральных округах опрошено достаточно граждан, чтобы данные по каждому федеральному округу можно было анализировать самостоятельно. Что касается представленности населения федеральных округов в общей выборке, то, хотя в точности она не соблюдена, тем не менее при соответствующем «ремонте» можно получить данные, отражающие мнение населения России в целом.

С отдельными субъектами федерации ситуация сложнее — см. табл. 2.

Теперь о том, кого мы опросили, а кого нет.

Опрос проводился на улицах (в парках, скверах, на площадях и набережных — то есть там, где большой поток людей), в общественном транспорте (в автобусах, электричках) и по домам респондентов. Причем в городах большей частью опрос шел на улице и в транспорте, а в сельской местности — большей частью по домам и в электричках. Соответственно, можно подозревать, что в городах мы не опросили тех людей, которые, как правило, не выходят из дому, или тех, кто не ходит по «проходным» местам, где мы опрашивали.

Кроме того, не все люди соглашались ответить на вопросы нашей анкеты: кто-то спешил, кто-то боялся, кто-то вообще против опросов. По сообщениям активистов АКСИО, проводивших опрос, таких было не слишком много: в пределах 25–30%, что в целом соответствует доле отказов при любых опросах.

Все эти «искажения выборки», конечно, значимы, но не трагичны: в результате общего большого числа опрошенных мы получили достаточное представительство практически во всех социально-демографических группах, так что о совокупном мнении этих групп можно судить совершенно определенно. Что же касается подозрений в том, что участники опроса — это более «активные» граждане, в отличие от тех, кто отказался участвовать в опросе, и поэтому результаты опроса «сдвинуты» в сторону мнения этих «активных» граждан, то такие подозрения имеют основания. Но ведь и в реальной общественной жизни (к примеру, на любых выборах) всё «сдвинуто» в сторону «активных» граждан, а мнения «пассивных» мало на что влияют, так как они в общественной жизни не участвуют. Так что наш опрос отражает мнение той России, которая еще что-то имеет сказать. Те же граждане, которые ушли в совсем «глубокое подполье», оно же — полнейшая апатия, в опросе мало представлены, но их мнения и на реальность мало влияют, а нас интересует именно она.

Наконец, о том, кого мы не опросили. Мы не опросили «настоящих богатых» — тех, кто живет на различных рублевках в Москве и регионах: их почти невозможно опросить, так как пешком они ходят редко, в общественном транспорте и на электричках не ездят, а домой к ним не придешь, потому что живут они в закрытых домах и поселках. К сожалению, пока сделать с этим ничего нельзя — будем иметь в виду, что супербогатых людей в нашей выборке нет.

Не столько ради утешения, сколько понимания для, следует напомнить, что этих «настоящих богатых» в России, как свидетельствует статистика, не так много — не более 5%. Поэтому, хотя это, конечно, важные люди, мнение которых во многом влияет на принятие разнообразных государственных решений, их мнением как частью общественного мнения России можно пренебречь: они никак не могут повлиять на общую картину.

В нашем опросе картина по доходам получилась такая (см. табл. 3):

Как легко видеть, выборка АКСИО-8 несколько сдвинута по отношению к данным Росстата в сторону «бедных» — за счет самых «богатых». Возможно, это как раз результат недоучета «настоящих богатых» в нашем опросе. Дело в том, что у Росстата «среднедушевые денежные доходы населения (в месяц) исчисляются делением годового объема денежных доходов на 12 и на среднегодовую численность населения», мы же вычисляли среднедушевой доход методом опроса. Поскольку богатых опросить сложно, то они у нас и не учтены.

То же самое видно по среднему доходу за май 2019 года, который в нашем опросе получился равным 25141 руб., а по данным Росстата, за I кв. 2019 г. средний доход равен 30068 руб.

В целом, если учесть, что децильный коэффициент (показатель дифференциации доходов, выражающий соотношение между средними доходами 10% населения с наиболее высокими доходами и средними доходами 10% наименее обеспеченных граждан) в России равен, по данным Росстата за 2018 г., 15,3, то очевидно наличие небольшой, но очень богатой группы, которая «сдвигает» среднее вверх, и это как раз те люди, которых мы не смогли опросить.

Характерно в этом смысле и распределение граждан по «самооценке уровня дохода» — см. рис. 1.


Рисунок 1. Генеральное распределение ответов на вопрос № 10 «К какой группе по уровню доходов Вы склонны себя относить?»

Хотя ответы на этот вопрос субъективны и мы не знаем, что каждый из респондентов считает «средним уровнем доходов», тем не менее они отражают реальное самоощущение людей. Как видно, только 1% опрошенных оценил свои доходы как доходы «значительно выше среднего уровня». Это соответствует нашим предположениям о недоопрошенности богатых в нашем опросе.

Отдельно хотелось бы обратить внимание, что если посмотреть на данные по доходам респондентов в различных федеральных округах (см. табл. 4), то мы увидим, что они небессмысленны.

Как легко видеть, самыми бедными округами, по нашему опросу, оказались Северо-Кавказский, Приволжский и Южный федеральные округа (с сельским хозяйством, но без нефти и газа), а самыми богатыми — Северо-Западный федеральный округ (с нефтью, газом и Петербургом) и Центральный федеральный округ (с Москвой). Уральский, Сибирский и Дальневосточный федеральные округа оказались в «середнячках». Но в целом даже такая незамысловатая картинка показывает ресурсную зависимость экономики России и ресурсное происхождение богатых в России.

Интересны также (своим в целом соответствием реальности) результаты опроса по вопросу о национальности респондентов (вопрос № 5 «К какой национальности Вы себя относите?»), представленные в табл. 5.

Из таблицы видно, что наиболее многочисленные национальности граждан России представлены в нашем опросе вполне репрезентативно.

Приведем также и данные по конфессиональному составу респондентов опроса АКСИО-8 (табл. 6).

Таким образом, по данным нашего опроса, верующими себя считают 74,2% опрошенных, при этом больше половины из них (53,5%) или почти 40% от всех опрошенных не смогли указать, к какой конфессии они себя причисляют. Как минимум это означает, что они не «воцерковлены», то есть не посещают церковь, мечеть и др. храмы, не совершают обрядов и пр. Как максимум — что они на самом деле неверующие, а отмечают себя верующими «на всякий случай». Определить, как на самом деле, не представляется возможным, поэтому в дальнейшем при анализе данных опроса мы будем рассматривать три большие группы: «верующие» (независимо от конфессии), «верующие без конфессии» и «неверующие».

Для завершения разговора о выборке приведем данные о месте работы респондентов — см. табл. 7.

2. Методика
Часто результаты различных вопросов подвергают сомнению на основании того, что, дескать, интервьюеры так или иначе оказывают влияние на ответы респондентов и таким образом результаты получаются искаженными, «сдвинутыми» в сторону мнения людей, проводящих опрос. В связи с этим необходимо сказать следующее.

Опрос проводился с помощью анкеты для самозаполнения. То есть респонденты получали анкету и должны были самостоятельно ответить на все вопросы — в меру своего понимания и вопросов, и ответов. Активистам АКСИО было строго запрещено что-то дополнительно объяснять респондентам. Таким образом, какое-либо влияние проводивших опрос активистов на мнение опрошенных было практически исключено.

Также часто при обсуждении разных опросов можно услышать рассуждения о так называемых наводящих или формирующих вопросах, которые, мол, почти что заставляют респондентов отвечать определенным образом. В большинстве случаев такие разговоры — обыкновенная демагогия. Но есть в них и некий смысл, о котором стоит сказать со всей определенностью. Дело в том, что по большому счету любые вопросы являются наводящими, — так устроен человек и так устроен язык. Люди, как правило, никогда не думают специально о темах, которые поднимаются в любом опросе. Поэтому любой вопрос, заданный по такой (не обдуманной заранее) теме уже определенным образом эту тему структурирует, выделяет в ней какие-то акценты и, следовательно, влияет на направление мысли респондента. Может быть, это и не абсолютно чистый опыт по меркам естественных наук, потому что избежать влияний совсем невозможно. Но в человеческом мире абсолютно без влияний — только в морге. Оказание влияния — это, так сказать, неустранимая специфика общественных наук и наук о человеке.

Конечно, можно представить себе и такую постановку вопроса, при которой спрашивающий намеренно толкает отвечающего к определенному ответу. Это вопросы типа того, который задавала героиня Фаины Раневской в фильме «Подкидыш»: «Скажи, маленькая, что ты хочешь: чтобы тебе оторвали голову или ехать на дачу?» Понятно, что такого не может позволить себе ни одна организация, проводящая опросы, включая АКСИО. Да и зачем, скажите на милость?


Франсис Пикабиа. Прозрачность. Ок. 1928–1929

3. Политическая ориентация граждан
Обычно социологический опрос ставит своей целью выявление умонастроений опрашиваемых граждан. То есть он ориентирован на познание некоей структуры, которую можно называть общественным сознанием, общественным мнением или «социальным космосом». Но, строго говоря, такая цель не является на сто процентов корректной. Потому что этот самый «социальный космос» может в принципе отсутствовать или содержать в себе такую высокую степень неопределенности, что скорее впору говорить не о космосе, а о хаосе, не о порядке, а о беспорядке.

Поскольку страна очевидным образом находится на некоем перепутье, то есть в условиях, когда один порядок, который радовал граждан после «лихих 90-х», перестает вызывать однозначное ликование, а другой порядок пока носит крайне призрачный характер, то правомерно предположение о некоем переходном состоянии общественного сознания. А также о том, что, коль скоро это состояние переходное, то в нем беспорядка может быть ничуть не меньше, чем порядка. Или, чем черт не шутит, может иметь место преобладание беспорядка над порядком. Никто не призывает исходить из этого, равно как и из чего-то другого. Предполагается всего лишь ориентироваться на более широкий спектр возможностей в том, что касается состояния умов, о котором, как мы пом­ним, сказано еще в пушкинском «Борисе Годунове». Мол, «умы кипят…» и т. д.

Так в каком состоянии находятся умы? В них полный порядок и все разложено по полочкам? Может ли человек осознанно подходить к общественным проблемам, или же всё, что происходит в обществе, для человека всегда неожиданно и непонятно? Помните, как говорил Шерлок Холмс (или Конан Дойль): «Человеческий мозг — это пустой чердак, куда можно набить всё, что угодно. Дурак так и делает: тащит туда нужное и ненужное. И наконец наступает момент, когда самую необходимую вещь туда уже не запихнёшь. Или она запрятана так далеко, что ее не достанешь. Я же делаю всё по-другому. В моем чердаке только необходимые мне инструменты. Их много, но они в идеальном порядке и всегда под рукой. А лишнего хлама мне не нужно». Так что у наших граждан в головах? И, главное, что при имеющемся состоянии умов можно, а чего нельзя от наших граждан ожидать? Может ли это состояние быть охарактеризовано как порядок, или, как говорил Г. П. Щедровицкий, как «помойка в головах», или как состояние, определяемое всё чаще используемым понятием «турбулентность»?

Подчеркнем еще раз, что речь идет не о работе под ту или иную идею, а, напротив, об освобождении исследовательской процедуры от любых предзаданных идей, в том числе и идеи упорядоченного состояния умов граждан России в 2019 году.

Казалось бы, если у человека в голове порядок (не вообще, а по части отношения к обществу), то что может быть для него проще, чем указать свою политическую ориентацию? Так же, как легко указывается возраст, уровень образования, место жительства и работы или субъективное представление об уровне своих доходов. Поэтому вопрос о политической ориентации в опросе АКСИО-8 стоял в самом начале анкеты, среди так называемых социально-демографических вопросов. Результаты получились такие (табл. 8):

Ради эксперимента и для лучшего понимания полученных результатов можно, по ответам на этот вопрос, условно поделить опрошенных на группы по трем основаниям: на радикалов и консерваторов, на западников и почвенников и на правых и левых.

Если считать либералов, коммунистов, социал-демократов и национал-демократов радикалами, так как для построения России, которую они хотят, необходимы радикальные изменения, а государственников записать в консерваторы, так как их Россия уже построена и теперь ее надо только охранять, то получится рис. 2.

Далее, если записать либералов и социал-демократов в западники (и это справедливо, так как они, очевидно, ориентируются на Запад и любой ценой хотят жить «как на Западе»), а коммунистов, государственников и националистов — в почвенники (так как они хотят жить в сильной единой России и не хотят этим поступаться), то получится так (рис. 3):

Ну и если считать коммунистов и социал-демократов левыми, а либералов, националистов и консерваторов (сторонников крупных корпораций) правыми, то выйдет рис. 4.

Что же демонстрирует наш эксперимент? Понятно, что не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что как ни крути, а режим у нас антинародный (спасибо, что пока не кровавый). Почему? Потому что большинство в России хочет радикально другой «режим», потому что большинство у нас ориентировано на Россию, а власть — на Запад, и потому, что власть у нас тяготеет вправо, а народ — влево.

Но ясно и другое. Например, что люди, имеющие опору на 5% электората, не могут (теоретически) 20 лет выигрывать выборы. Но выигрывают! Что бы это могло значить?

Вероятно, мы имеем дело с властью, которая по привычке ведет себя так же, как вела себя власть российская почти во всю историю России. Как говорил Герцен (всего каких-нибудь 160 лет назад), «государство расположилось в России, как оккупационная армия». В том смысле, что власти до народа дела нет, ей не интересны ни его проблемы, ни его мнения.

В придачу к такому государству имеется и соответствующий народ — апатичный, депрессивный и давно на всё махнувший рукой. Потому что если бы апатии и депрессии было хотя бы чуть меньше, а заинтересованности в изменениях — хотя бы чуть больше, то никогда бы полностью враждебная большинству власть не могла бы выиграть на выборах. Однако же выигрывает.

Об отношении населения к власти мы еще поговорим позже. Пока рассмотрим внимательно, кто же составляет группы различных политических ориентаций — то есть с кем конкретно мы имеем дело (рис. 5).

Из диаграммы легко видеть, что уровень дохода в семьях сильно сказывается на политической ориентации людей. Чем беднее люди, тем с большей вероятностью они будут считать себя коммунистами или социалистами (таких в самой бедной группе с месячным доходом на члена семьи меньше 12 тыс. руб. 55% и 20%, соответственно, а в самой богатой группе — с месячным доходом на члена семьи более 50 тыс. руб. в месяц — 28% и 38%). И наоборот. чем богаче люди, тем больше среди них сторонников либерализма и консерваторов (сторонников нынешней власти то есть) — таких среди самых бедных всего 10% (4+6), а среди самых богатых — 22% (12+10).

При этом и в группе «самых богатых» людей, которые выбрали коммунистическую политическую ориентацию, почти в два раза больше, чем выбравших либеральную. То есть «либералов» среди «богатых» в три раза больше, чем среди «бедных», но их при этом всё равно более чем в два раза меньше, чем «коммунистов» (см. рис. 5). Это о чем-то да говорит. О чем — попытаемся понять далее.

Читать полностью по ссылке...

(Продолжение следует.)

Юлия Крижанская

ИА Красная Весна.




promo rvs november 14, 2013 18:43 8
Buy for 10 000 tokens
Родительское Всероссийское Сопротивление (РВС) – организация, появившаяся в результате общественного движения против внедрения в нашей стране ювенальных технологий. Одну из ведущих ролей в организации гражданского антиювенального протеста играет движение «Суть времени», которое и стало…